«Болотная демократия» — новые люди, старые привычки, извечная ложь

Станете ли вы давать деньги в долг человеку, который вас ранее обсчитал? Доверите ли вы ребёнка воспитательнице, которую поймали на лжи или краже?

Доверите ли активы управляющему, уличённому в махинациях с цифрами в отчётах? Станете ли голосовать за политика, который манипулирует цифрами голосов?

Думаю, вряд ли. Тогда другой вопрос — можно ли людям, которые уличены в подобных вещах, доверить управление… государством? Кажется, ответ очевиден — ни один разумный человек не подпустит их не только к государственным рычагам, но и скорее всего, на порог дома — от греха подальше.

«Единая Россия» подтасовала результаты выборов. Фактически, власть это признала, уже заводятся уголовные дела. Людей возмутило произошедшее, оскорбило чувство достоинства — 10 декабря 2011 они вышли на улицу. Масштаб фальсификаций останется тайной, хотя приблизительную картину можно составить — по данным экзит-поллов примерно 30-35% голосовали за ЕР. Официальные данные — чуть более 49%. То есть около 15% накинули.

Задаваться целью выяснять реальную цифру, без фальсификаций, бессмысленно — расстановки сил в парламенте это фактически не поменяет. Там одни и те же партии, всё те же лидеры, и все они кормятся из одной кормушки. Больше, чем цифры, оскорбил сам факт произошедшего. Но важнее подумать — почему это произошло? Ведь не Медведев и Путин подделывали протоколы и вбрасывали бюллетени. Это делали не агенты влияния, а «простые советские люди».

Говорят, их чуть не силой убеждали. Да, можно надавить административным ресурсом, но в кабинке человек остаётся один на один со своей собственной совестью. Если пенсионерка или педагог, вздыхая, голосуют за «Единую Россию», надеясь, что им сохранят их мизерную пенсию или зарплату — чей это выбор, как не их собственный? Возможно, это проявление рабской психологии, но они видят, что власть хоть что-то даёт, потому что за ней стоят ресурсы. А за горлопанами из других партий нет ничего, кроме слов. Уже много лет ничего нет, кроме одних и тех же слов, из одних и тех же уст.

И вот появились новые голоса, новые люди. Что говорят? Да всё то же. Обещают «порвать». Лексика знакомая, с детства слышим. И от нынешней власти слышали – «мочить». И мочат ведь. Не особо разбираясь.

Новые «вожди» собрали новых людей — фейсбучных возмущенцев. Лозунги чистые и ясные — за честные выборы. Хотят наказать виновных, хотят либерализации политической деятельности. Похвально — оторвали задницы от кресел, оставили мониторы и вышли на пленэр. То, что сделали это в слякоть и промозглую унылую серость отнюдь не зимнего московского декабря, назвали проявлением героизма. Как в таком случае назвать действия юнкеров, которые шли под пули — нужно, видимо, заново подбирать определение. «Героизм» занят лайкающими.

Собственно, 24 декабря на Проспекте Сахарова делать было уже нечего — к этой дате власть вчистую обыграла оппозицию. Все требования, которые звучали на Болотной 10 декабря, получили мгновенный отклик. Дела по фальсификациям направлены в следственные органы, закон о либерализации политической деятельности направлен на голосование и несомненно будет принят. Закон более чем лояльный — любой, набравший 500 сторонников, может объявить о создании партии и включаться в политическую жизнь, выдвигая кандидатуры в руководство страной. О таком законе ещё в начале декабря и мечтать не смели.

Но люди на митинг всё же пришли — ещё в большем числе. Политика затягивает, появляется драйв. И вот уже моя очень близкая знакомая, корреспондент из «Комсомолки», с которой за несколько лет ни по одному вопросу не было разногласий (в том числе по вопросу критики действующей власти), готова наброситься на меня, защищая свой революционный порыв, который я не разделяю.

Кто стоит во главе собравшихся людей — вопрос для неё и большинства на Болотной и Сахарова второстепенный. Напрасно, кстати — впрочем, эту тему поднимать сегодня не стану.

Дальше началось интересное — начали друг друга считать.

Сотрудники полиции оценили количество собравшихся 10 декабря в 25 тысяч. При взгляде на фотографию как-то не особо верится, как могло на Болотной уместиться около тридцати батальонов, несколько полков или пара дивизий, но да Бог с ним. Однако организаторам этого показалось мало — тут же нашёлся «геодезист», который выдал цифру в 60 тысяч.

Это, к слову сказать, почти два войсковых корпуса или одна армия. В полном составе разместить такое количество людей на Болотной при всей фантазии не удалось бы не одному военачальнику. Однако кого-то из новых « вождей» и эта цифра не устроила, и вот уже на Болотную, по данным «Коммерсанта», пришло 150 тысяч человек. Продолжая войсковую аналогию, скажу, что формирование в 100.000 тысяч человек — это уже группа армий, которая, как можно догадаться, даже в случае высокой концентрации распределена на довольно большой географической территории.

Оценивая численность митинга на Проспекте Сахарова 24-го декабря господин Навальный, а следом тот же «Коммерсантъ» выкатил цифру уже в 200 тысяч. Регистраторы на рамках, установленных полицией, показали количество пришедших 29.000 человек. Это много, очень много и действительно близко к реальности, но разве новых “вождей” могут устроить такие цифры? Для сравнения, опять же с воинскими формированиями, 200.000 личного состава — это численность фронта или целого воинского округа. Включающего десятки полков, дивизий и батальонов. Или население среднего по размеру российского города, от мала до велика.

Зачем эти люди завышают цифры в разы? Не на 15%, как «Единая Россия» – в разы, то есть сотни процентов. Зачем? Вопрос риторический. Может, перед кем-то нужно отчитываться, может, чувство собственной значимости надувается так, что едва не лопается.

Одно очевидно — приписки «Единой России» блекнут и меркнут перед масштабами приписок новых вождей. А раз с этого начинается, думаю, нетрудно догадаться, чем закончится — начатое обманом кончится только преступлением. Вот почему «болотная демократия» для меня — среда ещё более тёмная и вязкая. Пропащая среда.

Теперь можно вернуться к началу текста и прочитать шапку ещё раз.

P.S. 26 декабря. Спустя сутки встретился вменяемый материал с анализом количества пришедших на митинг. Люди задались целью кропотливо сосчитать по каждому человеку. Результаты здесь.

Чуть позже обнаружился ещё один материал о том, как фальсифицируют количество людей на митинге. С удовольствием рекомендую в качестве подтверждения своим доводам.

И в заключение. Моя знакомая журналистка, зам. редактора одного из отделов “Комсомолки” обиделась на то, что их считают. “Какая разница, сколько нас пришло”? – говорит она. Не могу не согласиться. Я с уважением отношусь к каждому, кто пришёл на митинг, и для меня действительно нет разницы, сколько их было. Но для меня имеет значение, что те, кто на сцене, кто возглавил массы, врут хлеще чем те, кого они обвиняют в фальсификациях.