Ричард Родзинский: «Культура не ради культуры, а ради общества»

В конце июня в музыкальном мире было объявлено о событии, способным стать сенсацией.

Однако жара тогда уже захватила Москву, концертный сезон был закончен,  настроившиеся на отдых журналисты не были готовы к серьёзным информационным поводам.

Richard Rodzinsky

Ричард Родзинский

Лето в российской музыкальной жизни – «мёртвый сезон», таким образом, момент для объявления о проведении XIV Международного конкурса им. Чайковского в двух городах был выбран его организаторами верно – вместо активного возмущения решение было воспринято с вялым недовольством, как свершившийся факт.

Наше издание писало об этом событии, тогда же было подготовлено интервью с Ричардом Родзинским, председателем рабочей группы XIV Международного Конкурса им. Чайковского. Опубликовать его решили сейчас, когда студенты возвращаются в учебные заведения, а слушатели в концертные залы. Речь в беседе шла о Москве и Петербурге, Гергиеве и Клайберне, но не только о них. Но, разумеется, в первую очередь – о Конкурсе им. Чайковского.

Евгений Бойко: Сейчас много говорится об утрате позиций конкурса, что в мировом музыкальном сообществе его забыли. Что с Вашей точки зрения является главным для XIV Конкурса?

Ричард Родзинский: Главной целью для нас сейчас является сделать большой промоушн Конкурсу Чайковского. Когда конкурс проводился в прошлый раз, у него вообще не было международной рекламы. И, по моему мнению, было весьма нелегко вынести информацию за пределы России, так как никто не знал об этом конкурсе. Я сам ничего не знал. Я спрашивал о прошлом конкурса, о музыкантах, его участниках в США, Франции и других странах – это были эмигранты из стран бывшего Советского Союза. Никто даже не знал, будет он проводиться или нет.

В World Federation of International Music Competitions (Всемирная федерация международных музыкальных конкурсов) за него не вносили ежегодную регистрационную плату, поэтому через три года его исключили. Я сказал: как это можно – не включить конкурс Чайковского? Мне ответили – ну ладно, пожалуйста, нужно только внести плату. Я звонил всем, кого знал в Москве, но никто не мог решить этот вопрос. Непонятно было, кто вообще за этот конкурс отвечает. Наконец, два года назад Соколов, министр культуры, приехал на юбилей Конкурса Вэна Клайберна в Форт Уорт, я ему сказал – вы знаете, это страшно! Он взял телефон, позвонил – и всё.

Первым шагом нужно было создать конкурсу международный авторитет. Это необходимо просто для того, чтобы люди знали, что это за конкурс, когда и где он будет проходить. Что будет нового, какова будет система голосования – все это чрезвычайно важные факторы. В сентябре будет сформировано жюри.

Самое важное в этом конкурсе то, что он открывает двери. Будущее зависит от самого музыканта, но мы открываем двери, даём возможности. Вы знаете компанию «Opus 3» в Америке?

Евгений Бойко: Это бывшая ICM, International Creative Management?

Ричард Родзинский: Она и Columbia, самая большая промоушн-компания. Мы уже имеем контракт с ними. Они будут заниматься победителями три года. Это Клайберн сделал.

Евгений Бойко: Георгиев смотрит на этот конкурс глазами человека мира, а москвичи глазами Москвы – и это очень тонкий вопрос. Это московский конкурс, он всегда был таким, его душа здесь. Здесь люди, которые посещали его с самых первых лет. Есть те, кто помнят выступления Вэна Клайберна. И поэтому сообщение о том, что часть конкурса переносится в Петербург, воспринята неоднозначно. Как бы Георгиев не просил, чтобы москвичи не считали, что конкурс крадется из Москвы, многие воспринимают это именно так. Как Вы относитесь к этой идее, как можете ее прокомментировать?

Ричард Родзинский: Я много об этом думал. Это не вопрос кражи или разделения конкурса, это просто расширение. Главный вопрос – что самое важное в конкурсе. Знаете, в Америке я любил читать книгу «Чествование героев» – это социологическое исследование, монография. Она посвящена вопросам социологического характера понятия «престиж». И самое важное – это то, что чествуется, что празднуют на мероприятии. Номер один в Конкурсе Чайковского – это музыка, классическая музыка. Номер два – это чествование людей, посвятивших себя музыке. Много важных аспектов празднования. Очень важно – воссоздать престиж. Важнее всего, важнее публики, важнее прессы,  – это победители.

Мы должны создать наилучшие условия для выступлений. Что подразумевает под собой лучшие залы, лучшие оркестры, лучшее жюри. Надо сделать для них все возможное. И для меня не так важно, будет ли это в Москве, Санкт-Петербурге или Новосибирске. Сделать все самое лучшее – так я работаю уже 25 лет. Провести конкурс певцов в Санкт-Петербургской филармонии гораздо лучше, чем в Доме музыки или где-то ещё. Для певцов и для оркестров тоже.

Я очень волновался, как сказать об этом Вэну Клайберну. Я думал: «О, Боже, как я ему скажу»? Он просто обожает Москву и русских людей, он большой энтузиаст. Конечно, он приедет, он будет здесь. Я не знал, как сообщить ему об этом. Это был звонок по телефону. И когда сказал, что конкурс будет проходить в Петербурге, он подумал пять, может быть десять секунд, и сказал: «Ты знаешь, это хорошо, это правильно. Конкурс не должен принадлежать одному городу. Чайковский принадлежит миру. Конкурс для всего мира, он международный. Да, это имеет смысл – чтобы все видели, что раньше он был здесь, но теперь это нечто большее». Конечно, будет критика – O’Key! Но это прогресс.

Евгений Бойко: Сейчас, поскольку видны огромные усилия, которые вкладываются в этот конкурс, в том числе лично Вами, понемногу растворяются сомнения в его успехе. Сейчас на него большие надежды возлагаются, ожидания очень высоки. И если что-то случится, если серые тени прошлого вернутся – разочарование будет громадным. Если люди будут разочарованы – разочарование может стать фатальным. Это и ваш личный риск – этот конкурс является приоритетным в Вашей деятельности? Это главное, что Вы сейчас делаете в своей карьере?

Ричард Родзинский: Да, не только приоритетный, но единственный на данный момент для меня проект. Один и главный. Только Конкурс им. Чайковского.

Евгений Бойко: А что будет в 2012 году? Начнёте готовиться к следующему конкурсу?

Ричард Родзинский: Я бы хотел, потому что мы поздно тут начали. Не все, что мы планировали в этот раз, будет осуществлено. А хочется, чтобы все было совершенно. Но мы немного опоздали – нужно на два года раньше начать подготовку, потому что многие звезды, которых хотелось бы видеть, уже имеют планы и контракты на этот период. С этим было трудно смириться. Но фантастикой было то, что Гергиев сам пригласил многих в жюри. Многие были напуганы репутацией конкурса, но Гергиев сказал: «В этот раз все будет иначе, я лично об этом позабочусь». Это было важной причиной, по которой многие согласились принимать участие.

Есть музыканты, которые просто не верили в этот конкурс. Они считали, что это не лучший способ искать талантливых исполнителей. Черчилль сказал – «Демократия плоха, но ничего лучшего человечество не придумало». Таким же образом говорили, что «Конкурс – это худший способ найти таланты». Но это – на плохом конкурсе. Я считаю, что на хорошо организованном и подготовленном конкурсе решающим моментом является возможность играть хороший репертуар для хорошей аудитории. Конкурсанты должны играть так, как им хочется. Играть для большой аудитории – это большой прогресс, и я считаю, что именно это дает высокий уровень мероприятию.

Вы знаете автора Густав Алинк? Он немножко сумасшедший. Очень приятный голландец. Он сделал множество конкурсов, в том числе Alink-Argerich Foundation. Он написал три книги про 17 тысяч пианистов, про все большие конкурсы. Кто получил первое, кто второе место, кто в жюри – всё-всё. Это как Библия для тех, кто занимается организацией конкурса. Там я прочитал мнение о том, что неважно, кто получит первую премию. Нужно смотреть на финалистов крупных конкурсов – Лист, Шопен, Клайберн, Чайковский. Я всегда говорю – это как раньше молоко было в бутылках из стекла, и где сверху был крем…

Евгений Бойко: Сливки.

Ричард Родзинский: Сливки? ОК. В семидесятых годах эта практика только начиналось, и очень хорошее жюри – блестящие конкурсы. Сливки и молоко. Queen Elizabeth, 1956 год – там было много сливок!

Евгений Бойко: Да, Ашкенази первую премию тогда получил.

Ричард Родзинский: Там было много, очень, очень много! Жюри очень хорошее было – Артур Рубинштейн, Браиловский. Что важно – линию было видно. Вот молоко, а вот… Как это, сливки?

Редко бывает первая премия, как Вэн Клайберн, не каждый раз. Но разница между второй и первой премией это так субъективно, что нельзя сказать, что один лучше другого. Все должны понимать, что нельзя каждый раз делать превосходно. К тому же не все играют Моцарта, не все играют Рахманинова. Поэтому так важно то, что происходит после конкурса. Washington Symphony или Orchestre de Paris может играть в следующем сезоне не только с тем, кто получит первую премию, потому что музыка «не его». Может, это будет вторая премия. Об этом нужно думать.

Евгений Бойко: Больше хороших артистов!

Ричард Родзинский: Да, да!

Евгений Бойко: Как Вы познакомились с Гергиевым? Как это произошло? Какое впечатление он произвёл на вас?

Ричард Родзинский: Это произошло через Александра Торадзе – он пригласил Гергиева на симпозиум, и там мы познакомились. Он рассказал, как поехал на Конкурс Караяна, и как тут, в России, не хотели, чтобы он ехал. Очень интересная история.

Недавно я был на его концерте в Нью-Йорке, он сделал Фестиваль Стравинского. Как он сделал «Петрушку» – это фантастика! У меня много друзей в оркестре филармонии, они говорят: «Боже! Как мы рады работать с ним! Совсем по-другому, интересно!» Он прекрасный человек, и он очень профессионально подошел к подготовке конкурса. Он  человек, обладающей огромной и мощнейшей энергией, которую проецирует на свою деятельность.

Евгений Бойко: Да, он уникальный в этом плане человек, в Москве мало найдется людей, способных мыслить так глобально, стратегически, стаивать четкие цели и добиваться их. Поэтому я не удивлен, что Конкурс Чайковского поручили ему – больше, наверное, было просто некому. В Москве чиновники погрязли бы в своих интересах – освоили бы бюджет, деньги бы ушли, а результат был бы…

Ричард Родзинский: Как раньше.

Евгений Бойко: Ну да. Наверное, необходимо было взять таких «варягов», чтобы получилось глобально. В итоге, конечно, приходится идти на уступки, что-то терять, как в ситуации с Санкт-Петербургом. По-своему он прав, в душе я это понимаю. Москва почти не оставляет возможности создавать что-то художественно ценное – она, напротив, всё выжимает. Если за аренду зала, даже самого захудалого, тут просят сумму большую, чем ту, что можно выручить от продажи всех билетов по завышенной цене – ну, что тут говорить…

Ричард Родзинский: Да… В двух городах проводить конкурс – тут есть, конечно, разные проблемы. В каждом зале должны присутствовать администраторы, ассистенты, и специалисты по каждому виду инструментов. Администратор для скрипки, администратор для виолончели и т.д. Мы сейчас думаем, насколько больше людей нам потребуется. По-моему, ненамного. В Петербурге есть много людей, которые привыкли работать с конкурсами, которые, к примеру, провели конкурс Образцовой. Я видел, как он проводился, был там. Очень, очень хороший, всё там было сделано, организация прекрасная.

Евгений Бойко: Будет два пресс-центра?

Ричард Родзинский: Да, в Москве и Петербурге. Знаете, здесь, в Москве, страшные пробки. Доехать от одного зала до другого – всё равно, что поезд Петербург-Москва. Можно потратить часы. В Нью-Йорке платишь очень большие деньги, если переезжаешь через мост в машине один. Нужно, чтобы ехало несколько человек, так меньше платить и так борются с пробками. В Москве я не знаю, что нужно сделать, чтобы не было пробок.

Евгений Бойко: Москва похожа на сироп. Всем кажется, что сладко, но многие увязли в нём и ничего сделать не могут, даже пошевелиться. Как проходит взаимодействие с властями, со спонсорами?

Ричард Родзинский: Способствуют и помогают проведению конкурса на федеральном уровне. Федеральные власти выделили достаточно денег, чтобы всё хорошо сделать. Мы хотим привлечь одного большого спонсора, лучше русского спонсора, чтобы сделать что-то ещё лучше, но и этих денег достаточно. Очень важно освещение в СМИ – на телевидении и радио трансляции. Радио – очень важно! Многие думают, что радио сейчас неактуально, но это на самом деле не так – для классической музыки радио имеет огромное значение.

Евгений Бойко: Поговорим об общих вещах. Как люди относятся к классике в США, в мире? Отмечали ли вы какие-то тенденции? Как меняется отношение слушателей к классике? Увеличивается, угасает? Есть много противоречивых, даже взаимоисключающих мнений.

Ричард Родзинский: От центра Европы, где все зарождалось, теперь идет в Китай и Корею, развитие получает именно в Азии. Престиж заниматься музыкой, играть – это сейчас именно там. Вы знаете, что в Китае рекомендуется иметь только одного ребёнка, поэтому родители хотят дать всё для него – музыка, языки. Музыка – это очень важно. Пятьдесят миллионов музыкантов в Китае, о которых говорят – наверное, это правда.

В Америке, например, наибольшей популярностью пользуется опера и балет. Симфоническая музыка не так, как раньше. Сейчас экономическая ситуация не очень хорошая – не так много денег для симфонических оркестров.

Евгений Бойко: Потому что послушать можно по радио или скачать в Интернете, а чтобы увидеть – необходимо идти в театр или концертный зал?

Ричард Родзинский: Да, правильно. Вам и не нужно объяснять, как раньше престижно было быть музыкантом в России, ведь можно было выехать за границу.

Евгений Бойко: А что касается начального музыкального образования. В Россию недавно приезжал Хосе Антонио Абреу…

Ричард Родзинский: Это великая личность.

Евгений Бойко: Мы  с ним много говорили. То, что он сделал в Венесуэле для начального музыкального образования – фантастика. Его система заслуживает внимания во всем мире. И особенно в России – здесь музыку исключили из числа обязательных предметов в общеобразовательной школе. Это значит, что в будущем нам неоткуда будет брать музыкантов.

Ричард Родзинский: Меня тоже беспокоит это. Знаете, в США ведь то же самое. Надо брать за основу систему Абреу, продвигать и развивать ее. Знаете, что меня больше всего удивило? То, что он сделал это не через министерство культуры, а опираясь на само общество, для общества. Его цели носили социальный характер. Похожая ситуация была в Париже, когда была произнесена фраза, что Министерство культуры организовывает мероприятия не ради развития культуры, а для того, чтобы сделать городскую жизнь наиболее культурно насыщенной и богатой. И это очень интересная и важная мысль – культура не ради культуры, а ради общества.

Ссылки по теме:

XIV Международный конкурс им. Чайковского
World Federation of International Music Competitions
Opus 3 Artists
Queen Elizabeth Competitions
Alink-Argerich Foundation

Читайте также на этом сайте / Высказывайте своё мнение в комментариях ниже.

В США в результате боя подушками пострадали тридцать кадетов военной академии

В США в результате боя подушками пострадали тридцать кадетов военной академии

Не менее 30 кадетов, проходящих обучение в Военной академии США в Вест-Пойнте, получили травмы в результате традиционного боя подушками, ежегодно устраиваемого в этом высшем учебном заведении Армии США. Кадеты-первокурсники традиционно организовывают «подушечные бои» в конце лета или начале осени с целью усиления командного духа и разрядки после…

Шон Коннери выразил уверенность в будущей независимости Шотландии

Шон Коннери выразил уверенность в будущей независимости Шотландии

Патриоты Шотландии высказались за независимость региона на прошлогоднем референдуме, и «ничто не помешает» им добиться большинства в будущем. Такое мнение в интервью агентству Пресс Ассошиэйшн высказал известный британский актер шотландского происхождения сэр Шон Коннери. В преддверии первой годовщины плебисцита 18 сентября Коннери однозначно дал понять, что считает…

Половина жителей Бразилии одобряет убийства подозреваемых на месте преступления

Половина жителей Бразилии одобряет убийства подозреваемых при задержании на месте преступления вместо их передачи в руки правосудия. Таковы данные опроса, обнародованные социологическим центром Datafolha (Датафолья). Участникам исследования задавали следующий вопрос: “Согласны ли вы с утверждением о том, что “хороший бандит – это мертвый бандит?”. Порядка 50% опрошенных ответили…

Лидер националистов Шотландии Стерджен призвала к объединению

Лидер националистов Шотландии призвала жителей региона объединиться, чтобы их «голос был услышан в парламенте» Великобритании. С таким заявлением обратилась сегодня к избирателям в преддверии парламентских выборов лидер Шотландской националистической партии (ШНП) Никола Стерджен перед посещением городов Восточный Лотиан, Данди и Файф. «Если опросы общественного мнения последних дней…

Голландский предприниматель по всему миру откроет школы Стива Джобса

Голландский предприниматель Морис де Хонд основал новую компанию sCoolSuite Concepts, основной задачей которой станет распространение концепции школы Стива Джобса по всему миру. В школах, названные в честь основателя Apple, в процессе обучения будут использоваться «Айпады». Новая форма образования, также предусматривающая разработку индивидуального плана для каждого учащегося, была…

Японские ученые на пороге открытия гормона ревности

Японские ихтиологи, специализирующиеся на рыбах семейства икромечущие карпозубые (киллифиш), смогли распознать гормон, который подстегивает этих обитателей рек Южной и Северной Америки на вступление в схватку с соперниками в борьбе за расположение возлюбленной. И это открытие может стать огромным шагом в нейробиологии, который прольет свет на химические реакции…

Мэрия Сан-Паулу открыла сайт с вакансиями для бразильцев африканского происхождения

Мэрия бразильского Сан-Паулу открыла сайт, на котором размещены предложения по трудоустройству, адресованные гражданам страны африканского происхождения. Задача этого ресурса – способствовать расовому равноправию при поиске работы. Претендовать на вакансии, размещенные на портале saopaulodiverso.org.br, смогут соискатели со всей страны, но компании, которые предлагают варианты трудоустройства на этом сайте,…

Франко-российское авеню приведет к Храму

Новым символом не прекращающегося диалога Парижа и Москвы стала закладка первого камня в основание будущего Российского духовно-культурного центра. Он поднимется в самом сердце французской столицы, неподалеку от Эйфелевой башни. Официальная церемония начала строительства состоялась сегодня в Париже. Идея строительства родилась еще в середине 2000-х годов. Уже тогда…

Телеканал CTC International награжден премией «Большая цифра»

Международная версия телеканала СТС International отмечена российской премией в области медиа «Большая цифра». О награждении стало известно 29 января по итогам прошедшей накануне Шестой торжественной церемонии вручения наград в области многоканального цифрового телевидения, сообщает Press Award. Телеканал стал победителем в номинации «Лучший развлекательный телеканал» по результатам зрительского голосования, набрав 48,4% голосов от всех проголосовавших…